Новости

КАК ВСЁ НАЧИНАЛОСЬ. ЧАСТЬ 1

В октябре мы отпразднуем свой первый и такой важный юбилей – 5 лет. Туристическая база «Голубино» существовала и ранее, но 5 лет назад, в 2014 г. её выкупила семья Клепиковских-Шестаковых, и началась совсем другая история – история Лесного отеля «Голубино».

И мы ещё обязательно подведём итоги, поделимся результатами и достижениями, с волнением будем ждать и ваших оценок нашей работы. А пока хотим поделиться материалом, который в своё время подготовила про нас Мария Вилюкова. Мы общались и вспоминали: а как всё начиналось? И сейчас самое время повторить эту записанную историю.

____________________________

Это интервью я записала в июле 2017 г. Тогда я только-только стала регулярно бывать в Архангельской области и подключаться к активной деятельности команды Лесного отеля «Голубино». И, кстати, это мой первый материал в формате интервью. Я немного переписала первоначальный текст, всё же, с тех пор, исписано немало, было чему подучиться.

Часть с Леной мы писали в «Голубино», а часть с Аней – в машине по пути из «Голубино» в Архангельск.

Участие семьи Клепиковских-Шестаковых в развитии туристического комплекса поделилось таким образом:

Олег Клепиковский – уроженец Пинеги – ведёт бизнес в Москве, часть прибыли которого инвестирует в «Голубино». Его жена – Анна Клепиковская – директор по развитию «Голубино», а сейчас ещё и директор Ассоциации «Голос Севера». И, пожалуй, один из самых заметных общественных деятелей всей Архангельской области.

Елена Шестакова – сестра Олега – вместе с мужем Иваном Шестаковым управляют «Голубино». Для этого семья вернулась из Архангельска обратно в посёлок Пинегу. И, между прочим, воспитывают троих сыновей и ждут ещё одного пополнения в семье!

Остальная семья не отстаёт: родители Олега и Лены, их сёстры и семьи сестёр тоже принимают участие в семейном предприятии.

«МЫ ТУТ ВЫРОСЛИ, В ПИНЕГЕ»

— Как вы решили заняться «Голубино»? Откуда узнали про это место?

Лена: Голубино всегда было любимым местом отдыха нашей семьи, мы приезжали сюда на пляж, отдыхали. Когда я ушла в декрет (до этого работала в научном институте), стало некуда девать энергию, а делать-то что-то хочется. Муж занимался пассажирскими перевозками1, у нас свои автобусы были. Часть заказов приходилась на перевозку экскурсионных групп по Архангельску. Я и сказала: почему мы так же не можем делать? Давай тоже займёмся! Оформили ИП на туристические услуги, заключили договоры с экскурсоводами и начали потихоньку возить экскурсии: сначала по Архангельску, Северодвинску и в другие, близлежащие к нам места (~200 км). И задумались, а почему не Пи́нега? Давай и к нам в Пи́негу возить.

Первую поездку организовали в гости к оленеводам – нашим друзьям. Тогда это совсем не раскрученный тур был2. Я создала группу Вконтакте, начали понемножку набирать туристов. В автобусе 28 мест, на первую экскурсию записалось 6 человек – ну абсолютно нерентабельно! Ваня (муж Лены. – М.В.)  говорил отменять, а я уговорила, что вот так всё и начинается, давай попробуем. В общем, он поехал. А оказалось, что в группе была девушка-журналист, которая написала свои впечатления в местной газете, и на следующую неделю к нам уже 60 человек записалось, потом 100, вот так и стали мы группы к оленеводам возить.

Но ведь и дальше что-то делать хочется. Начали экскурсионные туры в пещеры делать.

— В пещеры решились водить, потому что знали про них?

Лена: Да, с детства. Мы тут выросли в Пинеге, поэтому места эти хорошо знали.

Аня: Да, семья очень активная. Мы раньше приезжали всего на одну неделю, всегда летом. Когда я выходила замуж, муж сказал: «Значит так: «Каждое лето, 25-го июля, в день рождения мамы, мы должны быть в Пинеге». И даже какое-то лето было, когда Олег не смог поехать, а я всё равно поехала.

— Возвращаясь к «Голубино» …

Аня: …Я вышла замуж. Когда-то давным-давно, это был 2006 год, меня в Пинегу впервые привёз мой тогда ещё не муж, и мы ходили в пещеры. В «Голубино» приезжали отдыхать, красивое место. И мы с Ленкой сидели, думали: вот, а здесь можно сделать вот это, а ещё здесь можно сделать вот это, а здесь – поставить скамеечки, а там то и то. В общем, мечтали мы просто так, несильно всерьёз. Как-то однажды даже спросили, сколько, теоретически, «Голубино» может стоить, сумма прозвучала космическая. Всё было условно: я и Олег работаем в Москве, Лена тогда ещё в институте училась.

Лена: И так шутка за шуткой, а потом слухи до прежнего владельца «Голубино» дошли, что мы вот так работаем. А ему-то из Москвы тоже сложно контролировать. И «Голубино» к тому времени разорялось. Позвонил мужу моему, предложил стать управляющими, но не продавать «Голубино». Мы так работать не хотели. Стали узнавать, что да как. И выяснилось, что, на самом деле, прежнему владельцу почти ничего уже и не принадлежит – все строения гостиничного комплекса в разных банках заложены. Условно говоря, ему принадлежало только что, что внутри зданий: мебель, посуда и т.д.

Аня: Ну да, управлять, но при этом не иметь никаких ресурсов, чтобы инвестировать в восстановление, в зарплаты… да в том состоянии, как всё было – невозможно.

— Занимаясь вопросом покупки «Голубино», вы знали, где и что конкретно узнавать, как выкупать целый туристический комплекс?

Лена: Нет, всему на ходу учились, через такое прошли! У меня ранее был опыт открытия ООО, но здесь стали разбираться: разные аукционы, где и чего заложено, знакомых искали, консультировались, ездили и общались с разными людьми. Ну а далее свои условия покупки выдвинули. Не сразу, но договорились.

— Знали заранее полный список выкупаемых объектов?

Лена: К нам попали документы того, что вообще было у «Голубино». Сразу понимали, что нельзя выкупить только одно какое-то здание. Потому что если кто другое на территории выкупит, то для нас плохо будет. 1,5 года ушло на всю покупку. За день до того, как должны были выйти на сделку, клиринговая палата, где были заложены здания, лишилась лицензии. Поэтому всё ещё на 7 месяцев затянулось: пока конкурсного управляющего назначили, пока конкурс новый объявили, пока торги. В общем, на нервах все были.

Аня: Я как юрист смотрела документы, что мы можем сделать. Выглядело всё ужасно сложно: надо было умудриться одновременно выкупить все здания, заложенные в разных банках, в клиринговой палате, которая сама находилась в процедуре банкротства. Какое-то безумие, мы думали, что не вытянем.

— В каком году окончательно всё выкупили?

Лена: В 2014. Когда начинали здесь работать, у нас в собственности были ресторан и гостиница-пансион. Остальные здания эксплуатировали по договору аренды с предыдущим владельцем.

— Аня, значит, документами ты занималась. В Архангельск надо было ездить?

Аня: Нет, все занимались. Торги проходили дистанционно, на электронных площадках. А на встречи с банками надо было приезжать. У меня в силу предыдущего места работы (руководитель департамента юридического отдела в Scania. – М.В.) был опыт работы с банкротствами, с договорами переуступки прав и т.д. Но здесь ведь как: слышат, что мы из Москвы – значит, есть деньги, значит можно нам долг продать…

— …втридорога.

Аня: Да, поэтому Лена тоже участвовала.

— Нескромный вопрос: выходит, всё на свои выкупали, без инвестиций?

Аня: Да. Ну, мы-то с Олегом думали о квартире в Москве, дом хотели строить в Подмосковье. Всё что-то откладывали, копили. Плюс Олег кредиты брал, плюс и он, и я работали на хороших должностях, поэтому – да, были деньги. Когда выкупили, поняли, что надо срочно строиться, иначе с имеющейся заполняемостью не выходили даже на погашение текущих затрат.

Лена: Инвестиции – только Олег с Аней. Если участвовать в программах разных фондов, то надо писать проекты. Я пыталась, но для этого надо вообще больше ничем не заниматься, а только писать проект, ездить его представлять, защищать. В первый год – вот пока Коле годик был (сын Лены и Вани.М.В.), между второй и третьей беременностью я так и ездила, выступала. А дальше? «Напишите ещё вот это обоснование, посчитайте нам рентабельность, докажите то и то». В каждой программе своя документация и условия, свои требования по оформлению. Пока отступились от этого, чтобы не распыляться.

Аня: Вот было бы здорово тут горнолыжку развивать, это было бы востребовано. Но уже сейчас пугает регламентация всех процессов3.

________________________________________________________

1Пассажирские перевозки – неотъемлемая часть региональной жизни. В Архангельской области, например, между населёнными пунктами 100 и более километров. Общественного транспорта здесь нет, а людям ехать надо. Вот поэтому и существуют небольшие частные ИП.

2Сейчас экскурсия в стойбище оленеводов – один из топовых туров «Голубино».

Пинега – самая крайняя южная точка, куда оленеводы-кочевники пригоняют стада оленей из Канинской тундры во время зимнего выпаса. В феврале-марте можно съездить и посмотреть на их кочевой быт, а также испытать на себе действие оленетерапии: домашние олени невероятно ласковые, а их пушистые носы никого не оставят равнодушными.

 В 2017 г. команда «Голубино» организовала Праздник Оленя – гости могли приехать в Лесной отель и посмотреть на национальные состязания оленеводов: прыжки через нарты, метание тензея на хорей, гонки на оленьих упряжках. С тех пор праздник прошёл уже три раза, собрав 1 000, затем 2 000, затем 2 500 гостей всего на 5 часов в почти 200 км от Архангельска, и превратился в одно из самых известных и ярких событийных мероприятий области.

О нём тоже есть статья, вот здесь

3 Неподалёку от «Голубино», в месте, которое называется «Красная Горка», раньше была горнолыжка: трасса, подъёмники. И не покидает идея вновь возродить здесь горнолыжный курорт. Но, да, регламентация процессов, а главное, объём инвестиций в этот проект, пугают до сих пор.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ.

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.